Резчик свирелей 2-го класса
выкладываю с разрешения переводчика )
Название: Наказание превыше смерти
Автор: Ashley Talbot
Переводчик: maniac
Пейринг: ЕБТ/Кай
Рейтинг: R
Жанр: slash, PWP
читать дальше
Кай поднял взгляд и посмотрел на возвышающуюся над ним темную фигуру. Его тело было разбито, он лежал на полу и истекал кровью у ног фигуры; он знал точно, что ему предстоит умереть – и он был к этому готов.
И все же, слова Пророчицы Времени до сих пор отзывались эхом в его ушах – напоминая, что последний из Брюннен-Джи уничтожит Божественный Порядок.
Будучи последним из Брюннен-Джи, он не понимал, как это может случиться, но это было последней оставленной ему надеждой, и он за неё ухватился.
Пусть будет то, чему суждено быть, подумал он и приготовился к смерти, с осознанием того, что он следовал зову сердца до конца, с чувством выполненного долга. Он сделал всё, что мог.
Никто не мог бы пожелать лучшей смерти, чем эта.
Его Божественная Тень смотрел вниз, на молодого воина у Своих ног. Этот человек отличился значительной отвагой. Не сдался, даже когда битва была проиграна.
И даже теперь, разбитый, сломленный, побежденный, искалеченный и израненный, даже теперь он противостоял Ему, и в этом противостоянии, в этом его отрицании, человеку каким-то образом удавалось оставаться спокойным и удивительно умиротворённым в последние моменты своей жизни.
Его чёрные волосы обрамляли бледные черты, подчеркивая тонкую, ровную красоту, и, хоть он, несомненно, был объят болью, его лицо не выражало страха. Вместо этого его тёмные глаза спокойно искали лицо врага – не прося о пощаде, нет – а только, казалось бы, изучающе, чтобы в последний момент жизни постараться увидеть, понять природу того, кто его уничтожил.
Дерзость. Такая открытая дерзость не могла быть оставлена безнаказанной, думал Его Тень. Он опустился на колени перед поверженным неприятелем и почти ласково всадил изогнутый церемониальный кинжал в его, всё еще бьющееся, сердце.
Но Он пока еще не закончил с этим прекрасным молодым существом. Последний из гордой и благородной расы ненавистных Ему Брюннен-Джи – заклятых врагов – не уйдёт от Него так просто, подумал Он. Нет, будет лучше, если он послужит символом: символом тщетности сопротивления.
Но сначала Он тоже желал познать природу Своего врага. Жестом Своей руки Он небрежно и легко разорвал разум Своей жертвы на куски, терзая, выдергивая клочьями всё, чем был этот человек, поглощая, воспоминание за воспоминанием, его сущность, Он делал это с повседневным равнодушием, всё до конца, пока не раздел человека до нага.
***
Он открыл глаза и смотрел перед собой.
Он ничего не помнил, ничего не чувствовал.
Но он был в сознании.
Вдруг кто-то возник рядом с ним, тёмный силуэт, казавшийся странно знакомым.
Его притягивало к этой фигуре, она его влекла, но он не знал, почему.
***
Его Тень окинул взглядом фигуру Кая. Он был распят на металлическом столе, привязан, растянутые руки были прикреплены в кистях к углам, и на другом конце стола были закреплены в лодыжках его ноги.
Больше не было цветных одежд его касты – теперь он был полностью обнажен.
Его Тень дал волю Своим абсолютно чёрным глазам, пройдя ими по нагому телу, открытому перед Ним, всматриваясь в каждую чёткую, стройную линию, в каждый интимный контур. Такой красивый, подумал Он, и такой совершенно беззащитный, уязвимый. И Он протянул руку и нежно провел пальцами по алой отметине на его щеке, ласково откинув в сторону несколько непослушных прядей чёрных, как эбонит, волос.
Такую красоту Он не мог оставить безнаказанной. Это было бы против Его природы, против той чудовищной части Его существа, которая хотела уничтожить всех, кто был таким, как этот человек перед ним.
Однако, часть Его Самого тоже была человеком, когда-то. Хоть эта часть была мертва, иное существо в Нём помнило человека – и Оно помнило всех других людей, с которыми Оно сливалось за долгое время, а также бессчётное количество тех, чьи памяти Оно просто украло из чистого любопытства. А в этом новом теле Ему порой было довольно трудно различить, где заканчивался человек и начинался Он.
Он смотрел на Кая.
Показать ему то, что происходит, подумал Он. Дать ему понять - насколько сокрушительно его поражение.
И кратким движением Своей руки Он восстановил то, что отобрал совсем недавно.
Кай осмотрелся вокруг, насколько мог.
Он вспомнил всё: бой, поражение, безнадёжное отчаяние его последней попытки...
... и, наконец, вонзившийся в сердце кинжал.
Конечно же, он мертв.
И, словно отвечая на его незаданный вопрос, бестелесный голос произнёс:
- Да, Кай, ты мёртв. Но в своей смерти ты будешь моим навсегда.
И тёмная фигура Его Божественной Тени вошла в поле зрения, оказавшись возле него.
- Смотри, - сказал Он, указывая на потолок.
Кай взглянул вверх – и навсегда был проклят тем, что увидел.
Там, на потолке, было гигантское зеркало, и в нём он увидел своё отражение, растянутое, голое, в полном бессилии отданное на милость врага...
... и он увидел, что милости у врага не было нисколько.
Он был вскрыт, слои его кожи с хирургической аккуратностью были разрезаны и отвёрнуты, и в его тело входили десятки трубок и контактов, протянутых из многочисленных машин вокруг.
Он лежал нагим, во всех отношениях открытым, снаружи и внутри.
А Его Тень стоял с ним рядом, мягко лаская его щёку, улыбаясь ему почти нежно.
- Ты видишь? - негромко сказал Он. - Ты полностью мой, и делать с тобой я буду всё, что пожелаю.
И глядя в полные ужаса глаза Кая, Он неторопливо сунул руку в его вскрытую грудную клетку и вырвал из неё оголённое сердце.
Держа в руке оторванный и залитый кровью орган, Он поднес его к лицу Кая.
И Кай осознал.
Его будут резать, кромсать, потрошить и выворачивать наизнанку, но умереть ему не дадут. И с настоящей минуты эта пустая безжизненная статуя будет ему тюрьмой.
Его Тень раскинулся в огромном кресле. Кай стоял тихо в стороне от него. Его стройная фигура была облачена в одежды, выбранные для него Божественной Тенью – в форму, специально созданную тёмной, как злая насмешка над сшитой из многоцветных тканей одеждой, в которой он умер.
Его Тень был зол.
В уме Он перечитывал память, украденную у этого человека, стоящего возле Него.
Безустанно Он метался от фрагмента к фрагменту, без наблюдаемого порядка, вкушая его радости и печали, смакуя триумфы и поражения, разделяя его любовь и его ненависть, уделяя внимание каждой детали, всякому нюансу, которые делали его тем, кем он был.
Он смотрел на Кая, стоящего неподвижно и тихо, с каменным лицом, на котором не читалась ни одна эмоция, а в голове Он вспоминал и чувствовал ласкающую руку его любимой, крадущуюся по его коже, слышал его тихий вздох, его ответ на её прикосновение; вспоминал, как в спазмах вздрагивало его тело, взрываясь под напряжением нарастающей страсти.
- Кай, подойди сюда, - приказал Он.
И Кай повиновался без вопросов. Он встал перед Ним, терпеливо ожидая нового приказа.
- Разоблачайся, - сказал Он.
И снова Кай выполнил приказ без разговоров.
Его Тень наблюдал за легкой игрой мышц, выточенных под бледной кожей, пока он быстро снимал одежду со своего молодого, подтянутого тела. И когда он наконец встал перед Ним обнаженным, Его Тень поднялся и грубо прижал его к Себе в объятии.
Резко и с жесткостью, он запрокинул голову Кая назад, почти зверски вцепившись пальцами в его длинную косу, свисавшую вдоль спины, и заглянул ему глубоко в глаза, вдоволь исследуя его плоть свободной рукой; холодную и безжизненную плоть, вспоминая, как тепла, полна жизни, как наполнена вибрирующей силой была когда-то эта плоть, как она могла отвечать с невероятной страстью на самое легкое прикосновение. Теперь нет ничего. Уничтожено, убито, Его рукой.
Он скользил глазами по лицу Кая, пожирал его чёрным взглядом, вспоминая как чувственно и искренне выразительно было это лицо, как открыто оно отражало все переживания. Исчезло. Угасло.
Он задержал взгляд на губах Кая, наслаждаясь их чувственной невинностью, вспоминая, как искусны они были при жизни, как сильно она их любила.
Человек в Нём имел Свои планы на эти красивые губы.
- На колени, - скомандовал Он.
И Кай выскользнул из Его рук и опустился, грациозно и ловко, но колени перед Ним.
Его Тень расправил полы Своего плаща и, грубо схватив Кая за волосы, притянул его голову к Своему паху, где Его твёрдый орган уже дрожал в ожидании.
- Открой рот, - прохрипел Он.
И Кай повиновался, и Его Тень впихнул Себя глубоко в прохладную влагу.
- Соси, - приказал Он, и с наслаждением вздохнул, почувствовав, как Его горячий, набухший орган погрузился еще глубже в эту холодную, обволакивающую мякоть.
О да, подумал Он, действительно, очень умелый рот. И Он стал вводить Себя жёстче, двигаясь в одном темпе с ритмичным посасыванием.
Но это было не тем, чего Он хотел. Что-то жизненно важное отсутствовало.
Он оттолкнул от Себя Кая и отвернулся.
Какой смысл в демонстрации власти, если побеждённый не осознаёт кары?
Он оглянулся и посмотрел на Кая, раскинутого на полу, как сломанная игрушка. Этот вид сильно поразил Его.
Благодаря Его биожрецам, Кай был теперь практически неуязвим, и его сила увеличилась, по меньшей мере, в десять раз. Для всех остальных он был теперь ужасным объектом страха – киллер – холодная, беспощадная, несокрушимая машина для убийств. Однако, пред Ним он был совершенно беспомощен. Целиком в Его власти.
Его Тень улыбнулся этой мысли, улыбнулся почти приятно, и покрыл расстояние между ними двумя широкими шагами.
Он наклонился, встал на одно колено и нежно провел рукой по волосам цвета ночи. Мертвый человек перед ним больше не может этого чувствовать. Ощущает, но не чувствует, думал Он, лаская шелковые пряди под Своими пальцами. Он вообще теперь не может ничего чувствовать, ни нежности, ни жестокости. Во всяком случае, его тело не может.
- Кай, встань, - приказал он. – Пойдем. - И одним быстрым и плавным движением Кай оказался на ногах.
Его Тень повёл его в альков на другой стороне комнаты, где огромная кровать была скрыта занавесками из чёрного бархата. Он отодвинул занавески.
На каждом углу этой роскошной кровати были металлические оковы, закрепленные на цепях регулируемой длины.
Его Тень толкнул Кая на кровать, положил его на спину и широко раздвинул ему руки и ноги. Надежно заковав каждую конечность, Он подтянул цепи, и тело Кая растянулось в напряжении, туго натянулись все мышцы, подчеркнув сильные формы.
Затем Он расположился между раздвинутыми ногами.
Медленно Он прошелся руками по напряжённым мышцам его бёдер, наслаждаясь их тугой растяжкой под давлением. Он потрогал обнажённый орган, покоящийся в гнёздышке мягких, слегка вьющихся черных волос, прижал его ладонью руки, забавляясь контрастом мягкости на фоне натянутой твёрдости самого паха.
Он наклонился вперёд и заглянул Каю в лицо.
- Посмотри на меня, - сказал Он.
И Кай послушно поднял глаза. Он действительно очень красив, подумал Его Тень. Он потянулся к волосам Кая и распустил их, хотя они уже и так были растрепаны после грубого обращения чуть ранее.
Сейчас, подумал Он. Вот теперь подходящее время.
И Он снова махнул рукой, восстановив сущность того, что отнял.
Кай моргнул.
Он снова проснулся. И снова, как и при первом пробуждении, застал над собой лицо Его Тени, его странные глаза, чужие, пришельческие, без зрачков, блестящие чернотой.
Он огляделся по сторонам, насколько позволяла шея – и увидел, что он наг и привязан, растянут на огромной кровати.
И он знал, что случится на этот раз.
Его Тень улыбнулся, увидев возвращение сознания в глазах Кая.
Он потянулся за флаконом жидкости цвета янтаря, медленно смазал Свой стоящий орган пряно пахнущим маслом, чувственно втирая его в полную длину, ни на секунду не сводя глаз с лица Кая, как будто хотел удостовериться, что тот не пропустит ни мгновения из того, что с ним сейчас произойдёт.
Но Кай не издал ни звука.
И тогда Он приподнял его стройные бёдра, наклонил их, подложив под них подушки, неспеша, медленно, с чувством, пристально наблюдая за лицом жертвы.
Но Кай молчал, по-прежнему не издавая ни звука.
Тогда, обхватив Кая вокруг талии, Он расправил пальцами его правильной формы ягодицы и подался вперёд, вставив Себя по самую рукоять одним быстрым и удовлетворяюще грубым рывком.
И улыбнулся Он, глядя в глубину его глаз.
Кай смотрел снизу вверх в лицо насилующего его «человека».
Он не искал выхода из ситуации, не искал способа отрицать происходящее, не пытался забиться от этого в угол; он просто отвечал взглядом на чуткий взгляд своего мучителя, пытаясь представить себе, откуда берутся и как могут существовать такие глубины жестокости.
Он понимал, что теперь это станет его судьбой – быть осквернённым всеми возможными способами – и он принимал реальность и неизбежность этого. Но он не сдавался. Он знал, что даже мёртвый, пока он существует, Пророчество существует тоже.
И он был обязан выжить. Так он решил.
Он вынесет это, не смотря ни на что.
Его Тень нахмурился.
Что-то в этом молодом человеке основательно тревожило Его. Чужая, чудовищная часть Его мозга хотела уничтожить его, но человеческая часть...
...и да, сколько бы Он ни пытался отрицать это, человеческая часть была...
...человеческая часть Его была заинтригована и изумлена.
Даже сейчас Он видел, как Кай смотрит на Него своими полными недоумения тёмными глазами – почти с таким же недоумением, как и Он сам. Кай молчал, не произнося ни звука, просто смотрел на Него загадочным взглядом, словно одной только силой воли был способен проникнуть в Его тёмную душу с такой же брезгливой лёгкостью, с какой Он Сам сейчас проникал в его тело.
Он был в полной власть Его Тени, и все равно не показывал никакого страха.
Его Тень был разгневан. Ему это не нравилось. Это раздражало. Он хотел страха; хотел, чтобы Кай боялся. Он хотел увидеть отражение ужаса в этих тёмных глазах, чтобы можно было почувствовать триумф победы и сатисфакцию от поражения врага.
Но Кай не сдавался.
И к Своему полному разочарованию и бешенству Его Тень осознал, что Его победа была пустой.
И если быть точным, победа вообще была ничем.
Чувствуя Себя глубоко в беспомощном теле Своей жертвы, блаженно стиснутым холодной, но изумительно прекрасной плотью, Он вдруг понял, в какой опасности Он оказался.
Но было уже поздно.
И, глядя в упрямые, горящие сопротивлением глаза Кая, Он наконец столкнулся лицом к лицу с ужасной правдой: в Нём было гораздо больше человеческого, чем Он решился бы признать.
И из-за этой слабости Его пленник теперь пленил Его самого. В поражении своём Кай вышел победителем, а Он в Своей победе оказался проигравшим.
От собственного стыда и унижения перед этим фактом, Его Тень неожиданно осознал, что Он больше не сможет без Кая - никогда.
И осознание этого приводило Его в ярость, и Он знал, что будет наказывать Кая за это – вечно.
Название: Наказание превыше смерти
Автор: Ashley Talbot
Переводчик: maniac
Пейринг: ЕБТ/Кай
Рейтинг: R
Жанр: slash, PWP
читать дальше
Кай поднял взгляд и посмотрел на возвышающуюся над ним темную фигуру. Его тело было разбито, он лежал на полу и истекал кровью у ног фигуры; он знал точно, что ему предстоит умереть – и он был к этому готов.
И все же, слова Пророчицы Времени до сих пор отзывались эхом в его ушах – напоминая, что последний из Брюннен-Джи уничтожит Божественный Порядок.
Будучи последним из Брюннен-Джи, он не понимал, как это может случиться, но это было последней оставленной ему надеждой, и он за неё ухватился.
Пусть будет то, чему суждено быть, подумал он и приготовился к смерти, с осознанием того, что он следовал зову сердца до конца, с чувством выполненного долга. Он сделал всё, что мог.
Никто не мог бы пожелать лучшей смерти, чем эта.
***
Его Божественная Тень смотрел вниз, на молодого воина у Своих ног. Этот человек отличился значительной отвагой. Не сдался, даже когда битва была проиграна.
И даже теперь, разбитый, сломленный, побежденный, искалеченный и израненный, даже теперь он противостоял Ему, и в этом противостоянии, в этом его отрицании, человеку каким-то образом удавалось оставаться спокойным и удивительно умиротворённым в последние моменты своей жизни.
Его чёрные волосы обрамляли бледные черты, подчеркивая тонкую, ровную красоту, и, хоть он, несомненно, был объят болью, его лицо не выражало страха. Вместо этого его тёмные глаза спокойно искали лицо врага – не прося о пощаде, нет – а только, казалось бы, изучающе, чтобы в последний момент жизни постараться увидеть, понять природу того, кто его уничтожил.
Дерзость. Такая открытая дерзость не могла быть оставлена безнаказанной, думал Его Тень. Он опустился на колени перед поверженным неприятелем и почти ласково всадил изогнутый церемониальный кинжал в его, всё еще бьющееся, сердце.
Но Он пока еще не закончил с этим прекрасным молодым существом. Последний из гордой и благородной расы ненавистных Ему Брюннен-Джи – заклятых врагов – не уйдёт от Него так просто, подумал Он. Нет, будет лучше, если он послужит символом: символом тщетности сопротивления.
Но сначала Он тоже желал познать природу Своего врага. Жестом Своей руки Он небрежно и легко разорвал разум Своей жертвы на куски, терзая, выдергивая клочьями всё, чем был этот человек, поглощая, воспоминание за воспоминанием, его сущность, Он делал это с повседневным равнодушием, всё до конца, пока не раздел человека до нага.
***
Он открыл глаза и смотрел перед собой.
Он ничего не помнил, ничего не чувствовал.
Но он был в сознании.
Вдруг кто-то возник рядом с ним, тёмный силуэт, казавшийся странно знакомым.
Его притягивало к этой фигуре, она его влекла, но он не знал, почему.
***
Его Тень окинул взглядом фигуру Кая. Он был распят на металлическом столе, привязан, растянутые руки были прикреплены в кистях к углам, и на другом конце стола были закреплены в лодыжках его ноги.
Больше не было цветных одежд его касты – теперь он был полностью обнажен.
Его Тень дал волю Своим абсолютно чёрным глазам, пройдя ими по нагому телу, открытому перед Ним, всматриваясь в каждую чёткую, стройную линию, в каждый интимный контур. Такой красивый, подумал Он, и такой совершенно беззащитный, уязвимый. И Он протянул руку и нежно провел пальцами по алой отметине на его щеке, ласково откинув в сторону несколько непослушных прядей чёрных, как эбонит, волос.
Такую красоту Он не мог оставить безнаказанной. Это было бы против Его природы, против той чудовищной части Его существа, которая хотела уничтожить всех, кто был таким, как этот человек перед ним.
Однако, часть Его Самого тоже была человеком, когда-то. Хоть эта часть была мертва, иное существо в Нём помнило человека – и Оно помнило всех других людей, с которыми Оно сливалось за долгое время, а также бессчётное количество тех, чьи памяти Оно просто украло из чистого любопытства. А в этом новом теле Ему порой было довольно трудно различить, где заканчивался человек и начинался Он.
Он смотрел на Кая.
Показать ему то, что происходит, подумал Он. Дать ему понять - насколько сокрушительно его поражение.
И кратким движением Своей руки Он восстановил то, что отобрал совсем недавно.
***
Кай осмотрелся вокруг, насколько мог.
Он вспомнил всё: бой, поражение, безнадёжное отчаяние его последней попытки...
... и, наконец, вонзившийся в сердце кинжал.
Конечно же, он мертв.
И, словно отвечая на его незаданный вопрос, бестелесный голос произнёс:
- Да, Кай, ты мёртв. Но в своей смерти ты будешь моим навсегда.
И тёмная фигура Его Божественной Тени вошла в поле зрения, оказавшись возле него.
- Смотри, - сказал Он, указывая на потолок.
Кай взглянул вверх – и навсегда был проклят тем, что увидел.
Там, на потолке, было гигантское зеркало, и в нём он увидел своё отражение, растянутое, голое, в полном бессилии отданное на милость врага...
... и он увидел, что милости у врага не было нисколько.
Он был вскрыт, слои его кожи с хирургической аккуратностью были разрезаны и отвёрнуты, и в его тело входили десятки трубок и контактов, протянутых из многочисленных машин вокруг.
Он лежал нагим, во всех отношениях открытым, снаружи и внутри.
А Его Тень стоял с ним рядом, мягко лаская его щёку, улыбаясь ему почти нежно.
- Ты видишь? - негромко сказал Он. - Ты полностью мой, и делать с тобой я буду всё, что пожелаю.
И глядя в полные ужаса глаза Кая, Он неторопливо сунул руку в его вскрытую грудную клетку и вырвал из неё оголённое сердце.
Держа в руке оторванный и залитый кровью орган, Он поднес его к лицу Кая.
И Кай осознал.
Его будут резать, кромсать, потрошить и выворачивать наизнанку, но умереть ему не дадут. И с настоящей минуты эта пустая безжизненная статуя будет ему тюрьмой.
***
Его Тень раскинулся в огромном кресле. Кай стоял тихо в стороне от него. Его стройная фигура была облачена в одежды, выбранные для него Божественной Тенью – в форму, специально созданную тёмной, как злая насмешка над сшитой из многоцветных тканей одеждой, в которой он умер.
Его Тень был зол.
В уме Он перечитывал память, украденную у этого человека, стоящего возле Него.
Безустанно Он метался от фрагмента к фрагменту, без наблюдаемого порядка, вкушая его радости и печали, смакуя триумфы и поражения, разделяя его любовь и его ненависть, уделяя внимание каждой детали, всякому нюансу, которые делали его тем, кем он был.
Он смотрел на Кая, стоящего неподвижно и тихо, с каменным лицом, на котором не читалась ни одна эмоция, а в голове Он вспоминал и чувствовал ласкающую руку его любимой, крадущуюся по его коже, слышал его тихий вздох, его ответ на её прикосновение; вспоминал, как в спазмах вздрагивало его тело, взрываясь под напряжением нарастающей страсти.
- Кай, подойди сюда, - приказал Он.
И Кай повиновался без вопросов. Он встал перед Ним, терпеливо ожидая нового приказа.
- Разоблачайся, - сказал Он.
И снова Кай выполнил приказ без разговоров.
Его Тень наблюдал за легкой игрой мышц, выточенных под бледной кожей, пока он быстро снимал одежду со своего молодого, подтянутого тела. И когда он наконец встал перед Ним обнаженным, Его Тень поднялся и грубо прижал его к Себе в объятии.
Резко и с жесткостью, он запрокинул голову Кая назад, почти зверски вцепившись пальцами в его длинную косу, свисавшую вдоль спины, и заглянул ему глубоко в глаза, вдоволь исследуя его плоть свободной рукой; холодную и безжизненную плоть, вспоминая, как тепла, полна жизни, как наполнена вибрирующей силой была когда-то эта плоть, как она могла отвечать с невероятной страстью на самое легкое прикосновение. Теперь нет ничего. Уничтожено, убито, Его рукой.
Он скользил глазами по лицу Кая, пожирал его чёрным взглядом, вспоминая как чувственно и искренне выразительно было это лицо, как открыто оно отражало все переживания. Исчезло. Угасло.
Он задержал взгляд на губах Кая, наслаждаясь их чувственной невинностью, вспоминая, как искусны они были при жизни, как сильно она их любила.
Человек в Нём имел Свои планы на эти красивые губы.
- На колени, - скомандовал Он.
И Кай выскользнул из Его рук и опустился, грациозно и ловко, но колени перед Ним.
Его Тень расправил полы Своего плаща и, грубо схватив Кая за волосы, притянул его голову к Своему паху, где Его твёрдый орган уже дрожал в ожидании.
- Открой рот, - прохрипел Он.
И Кай повиновался, и Его Тень впихнул Себя глубоко в прохладную влагу.
- Соси, - приказал Он, и с наслаждением вздохнул, почувствовав, как Его горячий, набухший орган погрузился еще глубже в эту холодную, обволакивающую мякоть.
О да, подумал Он, действительно, очень умелый рот. И Он стал вводить Себя жёстче, двигаясь в одном темпе с ритмичным посасыванием.
Но это было не тем, чего Он хотел. Что-то жизненно важное отсутствовало.
Он оттолкнул от Себя Кая и отвернулся.
Какой смысл в демонстрации власти, если побеждённый не осознаёт кары?
Он оглянулся и посмотрел на Кая, раскинутого на полу, как сломанная игрушка. Этот вид сильно поразил Его.
Благодаря Его биожрецам, Кай был теперь практически неуязвим, и его сила увеличилась, по меньшей мере, в десять раз. Для всех остальных он был теперь ужасным объектом страха – киллер – холодная, беспощадная, несокрушимая машина для убийств. Однако, пред Ним он был совершенно беспомощен. Целиком в Его власти.
Его Тень улыбнулся этой мысли, улыбнулся почти приятно, и покрыл расстояние между ними двумя широкими шагами.
Он наклонился, встал на одно колено и нежно провел рукой по волосам цвета ночи. Мертвый человек перед ним больше не может этого чувствовать. Ощущает, но не чувствует, думал Он, лаская шелковые пряди под Своими пальцами. Он вообще теперь не может ничего чувствовать, ни нежности, ни жестокости. Во всяком случае, его тело не может.
- Кай, встань, - приказал он. – Пойдем. - И одним быстрым и плавным движением Кай оказался на ногах.
Его Тень повёл его в альков на другой стороне комнаты, где огромная кровать была скрыта занавесками из чёрного бархата. Он отодвинул занавески.
На каждом углу этой роскошной кровати были металлические оковы, закрепленные на цепях регулируемой длины.
Его Тень толкнул Кая на кровать, положил его на спину и широко раздвинул ему руки и ноги. Надежно заковав каждую конечность, Он подтянул цепи, и тело Кая растянулось в напряжении, туго натянулись все мышцы, подчеркнув сильные формы.
Затем Он расположился между раздвинутыми ногами.
Медленно Он прошелся руками по напряжённым мышцам его бёдер, наслаждаясь их тугой растяжкой под давлением. Он потрогал обнажённый орган, покоящийся в гнёздышке мягких, слегка вьющихся черных волос, прижал его ладонью руки, забавляясь контрастом мягкости на фоне натянутой твёрдости самого паха.
Он наклонился вперёд и заглянул Каю в лицо.
- Посмотри на меня, - сказал Он.
И Кай послушно поднял глаза. Он действительно очень красив, подумал Его Тень. Он потянулся к волосам Кая и распустил их, хотя они уже и так были растрепаны после грубого обращения чуть ранее.
Сейчас, подумал Он. Вот теперь подходящее время.
И Он снова махнул рукой, восстановив сущность того, что отнял.
***
Кай моргнул.
Он снова проснулся. И снова, как и при первом пробуждении, застал над собой лицо Его Тени, его странные глаза, чужие, пришельческие, без зрачков, блестящие чернотой.
Он огляделся по сторонам, насколько позволяла шея – и увидел, что он наг и привязан, растянут на огромной кровати.
И он знал, что случится на этот раз.
***
Его Тень улыбнулся, увидев возвращение сознания в глазах Кая.
Он потянулся за флаконом жидкости цвета янтаря, медленно смазал Свой стоящий орган пряно пахнущим маслом, чувственно втирая его в полную длину, ни на секунду не сводя глаз с лица Кая, как будто хотел удостовериться, что тот не пропустит ни мгновения из того, что с ним сейчас произойдёт.
Но Кай не издал ни звука.
И тогда Он приподнял его стройные бёдра, наклонил их, подложив под них подушки, неспеша, медленно, с чувством, пристально наблюдая за лицом жертвы.
Но Кай молчал, по-прежнему не издавая ни звука.
Тогда, обхватив Кая вокруг талии, Он расправил пальцами его правильной формы ягодицы и подался вперёд, вставив Себя по самую рукоять одним быстрым и удовлетворяюще грубым рывком.
И улыбнулся Он, глядя в глубину его глаз.
***
Кай смотрел снизу вверх в лицо насилующего его «человека».
Он не искал выхода из ситуации, не искал способа отрицать происходящее, не пытался забиться от этого в угол; он просто отвечал взглядом на чуткий взгляд своего мучителя, пытаясь представить себе, откуда берутся и как могут существовать такие глубины жестокости.
Он понимал, что теперь это станет его судьбой – быть осквернённым всеми возможными способами – и он принимал реальность и неизбежность этого. Но он не сдавался. Он знал, что даже мёртвый, пока он существует, Пророчество существует тоже.
И он был обязан выжить. Так он решил.
Он вынесет это, не смотря ни на что.
***
Его Тень нахмурился.
Что-то в этом молодом человеке основательно тревожило Его. Чужая, чудовищная часть Его мозга хотела уничтожить его, но человеческая часть...
...и да, сколько бы Он ни пытался отрицать это, человеческая часть была...
...человеческая часть Его была заинтригована и изумлена.
Даже сейчас Он видел, как Кай смотрит на Него своими полными недоумения тёмными глазами – почти с таким же недоумением, как и Он сам. Кай молчал, не произнося ни звука, просто смотрел на Него загадочным взглядом, словно одной только силой воли был способен проникнуть в Его тёмную душу с такой же брезгливой лёгкостью, с какой Он Сам сейчас проникал в его тело.
Он был в полной власть Его Тени, и все равно не показывал никакого страха.
Его Тень был разгневан. Ему это не нравилось. Это раздражало. Он хотел страха; хотел, чтобы Кай боялся. Он хотел увидеть отражение ужаса в этих тёмных глазах, чтобы можно было почувствовать триумф победы и сатисфакцию от поражения врага.
Но Кай не сдавался.
И к Своему полному разочарованию и бешенству Его Тень осознал, что Его победа была пустой.
И если быть точным, победа вообще была ничем.
Чувствуя Себя глубоко в беспомощном теле Своей жертвы, блаженно стиснутым холодной, но изумительно прекрасной плотью, Он вдруг понял, в какой опасности Он оказался.
Но было уже поздно.
И, глядя в упрямые, горящие сопротивлением глаза Кая, Он наконец столкнулся лицом к лицу с ужасной правдой: в Нём было гораздо больше человеческого, чем Он решился бы признать.
И из-за этой слабости Его пленник теперь пленил Его самого. В поражении своём Кай вышел победителем, а Он в Своей победе оказался проигравшим.
От собственного стыда и унижения перед этим фактом, Его Тень неожиданно осознал, что Он больше не сможет без Кая - никогда.
И осознание этого приводило Его в ярость, и Он знал, что будет наказывать Кая за это – вечно.